Справку из банка Николопесковский Малый переулок

Posted on Posted by randerghazna

На фоне бараков строилась Сталиным и Выставка, и вавилонская башня Дворца Советов. В общем, через три месяца я все же прорвался в МУР. А это не устраивало прежде всего самого могущественного министра внутренних дел — Николая Щелокова.

Справку из банка Николопесковский Малый переулок совкомбанк исправление кредитной истории отзывы

Раньше замеры производили рулетками, сейчас лазером. Новые приборы более точные. Екатерина Стифеева Регистрация за 5 дней: Товарищи профессионалы, подскажите, плиз, в каком случае кроме ипотеки возможна регистрация в течение 5 дней? Знакомые покупают квартиру, продавец просит в ДКП указать 1 млн руб. Полная стоимость 2 руб. Uslagala Начнем с того, что регистрация ипотеки — это не только наличие кредитных средств. Это залог, когда расчеты не произведены, и переход права собственности регистрируется с обременением.

Очень распространено в Подмосковье, где обычная регистрация идет месяц. Подписывают договор с залогом — пять дней, плюс снятие обременения — еще три дня. Явно меньше, чем месяц. Вообще, нотариус нужен, чтобы удостоверить подписи сторон. Больше ни для чего. Никаких таких особых гарантий он не дает. Теоретически он должен удостовериться, что все участники находятся в здравом уме и трезвой памяти, но нотариус не психиатр, так что в этом плане на него полагаться нельзя.

Екатерина Стифеева В Подмосковье принято делать сделки через нотариусов и там же рассчитываться. Мне как-то раз пришлось считать деньги в комнатке для отдыха нотариуса, среди немытых чашек и остатков печенья на грязном столе. Почему-то покупателю это казалось надежней, чем заложить их в ячейку.

Поскольку мой клиент был продавцом, мы особо не возражали: Даже не интересовались, как там договора регистрировались. Наталья Мишина Нотариус, как прикрытие передачи денег при осознанном уклонении от налогов — это сильно!!! Так как деньги, полученные по сделке, не соответствуют действительности для прикрытия выгоды и уклонения от уплаты налогов , а мнимая сделка очень быстро признается ничтожной.

Абсолютно нелогичные и неразумные действия Вероника Свешникова Велика Россия И ячеек на всех не хватает: Подскажите, пожалуйста, такой вопрос. Хочу получить налоговый вычет по приобретению недвижимости. В свидетельстве о гос. ФНС утверждают, что за садовый дом они возврат налога делать не будут.

Как поступить в данной ситуации? Иначе люди стали бы требовать его на покупку яхт и самолетов, поскольку они тоже относятся к недвижимости. Дача к ЖИЛЬЮ никакого отношения не имеет, потому что в ней нельзя зарегистрироваться по месту постоянного проживания, даже если она со всеми удобствами и проживать в ней постоянно очень даже можно. Вот такие у нас интересные законы! Наталья Мишина Наталья, насчет дачи все понятно, но у меня готовый двухэтажный дом, есть домовая книга, в которой предыдущие жильцы были прописаны, есть план БТИ, есть название улицы, есть номер дома.

Просто раньше это было садоводческое товарищество, у людей, я знаю, раньше были проблемы с пропиской, но сейчас как бы все вроде нормально. ФНС я объясняю , что это реально жилой дом. Vladimiralex Налоговики смотрят только на написанное в документах. Собирать комиссии и разбираться, что там на самом деле, — это не их компетенция.

Значит, надо исправить документы. По-хорошему или через суд, это уж как получится. Прецедент создан, если соседи прописались, суд это примет во внимание. Наталья Мишина Зато при продаже у вас будет возможность воспользоваться налоговым вычетом по п.

Там почему-то садовые домики и дачи фигурируют, а в вычете по приобретению — нет В нем люди были уже прописаны. Это настоящий коттеджный поселок, состоящий из 30 домов. Раньше людям военным выделяли участки под дачи, сейчас кто продал, кто построил жилые дома и зарегистрировался в них.

Улице присвоили название, подключили к городским коммуникациям и т. Ищите варианты, как это сделать Скорее всего, через суд. Выступая в Московской думе по случаю коронации Александра III, призвал к "единению всех земских сил для блага отечества", сотрудничеству власти с земским движением. Этот призыв стоил ему должности, после чего Чичерин уехал в тамбовское имение. Там хранил собранную богатую коллекцию картин, книг, намереваясь завещать эти ценности вместе с родовой усадьбой наследнику - любимому племяннику, Георгию Васильевичу Чичерину.

Тому, кто стал народным комиссаром по иностранным делам в правительстве Ленина. От наследства пролетарский революционер отказался, пошел другим путем, не таким, каким хотелось дяде. На этом пути Россия потеряла сотни имений, усадеб, таких как на Волхонке, где соратники Чичерина взорвали храм Христа Спасителя.

После закрытия музея весь дом сдавался квартирантам и учреждениям. Волхонка, 14, была адресом Московской консерватории, Русского хорового общества, пока они не перебрались на Большую Никитскую, в собственное здание. Последним хозяином владения до года было Московское Художественное общество, купившее усадьбу Голицыных за миллион рублей, данных казной в кредит.

Левый флигель перестроили под гостиницу "Княжий двор", где останавливались люди известные всей России. Снимал здесь квартиру Максим Горький, принимавший в ней друга-миллионера Савву Морозова, ссужавшего деньгами большевиков. Их встреча произошла незадолго до отъезда Морозова за границу для лечения, которое закончилось загадочным самоубийством. Последние годы жизни в "Княжем дворе" проживал Василий Суриков, рядом с квартирой была мастерская художника.

В гости к дедушке приводили внучку Наташу. На нее надевали бармы, оплечье, кокошник, наряд царевны, взятый напрокат в Большом театре. Внучка позировала дедушке в образе, запечатленном в картине "Посещение царевны женского монастыря".

Интерес к истории передался от деда к внучке, Наталье Кончаловской, жене поэта Сергея Михалкова, матери Андрона и Никиты Михалковых, известных кинорежиссеров. Она сочинила поэтическую книгу для детей, историю Москвы в стихах, "Наша древняя столица". На Волхонку к Сурикову приходил поэт Максимилиан Волошин. Художник перед смертью рассказывал ему о своей жизни, а Волошин, как биограф, все записывал и на этой основе написал биографию великого живописца.

В усадьбе Голицыных был особый дом, где останавливались одни художники, в их числе - академик Александр Михайлович Опекушин. Сын крестьянина Ярославской губернии окончил в Петербруге Академию живописи. Ему же заказали статую Александра II, освободителя крестьян, убитого террористами.

Этот опекушинский монумент стоял на бровке Боровицкого холма в Кремле. Оба памятника сброшены с пьедестала по декрету Ленина, объявившего войну не только царям, но и их изваяниям. Мировая война и революция не дали Московскому художественному обществу обзавестись на Волхонке новым зданием Училища живописи, ваяния и зодчества.

После года "у дома, - как выразился советский историк, - появился новый хозяин - народ". Этот хозяин поломал окружавшие двор строения, задумав построить библиотеку, но ничего не построил. С тех пор образовался пустырь, где теперь бензоколонка. Библиотека предназначалась Коммунистической академии, созданной как некий "Госплан в области идеологии". Ее возглавил выпускник Московского университета Михаил Николаевич Покровский, ярый радикал в политике.

В октябре года он первый призвал захватить власть в Москве силой оружия. Его избрали после восстания председателем Моссовета. Столь же радикально вел себя Покровский в науке. Этот марксист, будучи заместителем наркома народного просвещения, запретил в школах уроки истории, разогнал кафедры, закрыл в университетах историко-филологические и юридические факультеты, ставшие "факультетами общественных наук". В противовес академической научной школе созданы им были Институт красной профессуры, Коммунистическая академия со многими институтами.

В усадьбе Голицына разместились институты истории, философии, экономики и другие воинствующие идеологические структуры, апологеты партии в области гуманитарных наук. В императорской академии не было ученых, которые занимались бы обоснованием монархии. Академик один работал за институт. Фолианты написанной им летописи года занимали полки всех библиотек СССР.

Но ответить на простые вопросы не мог: Почему по советским войскам стреляли солдаты коммуниста Мао Цзэ-дуна? Почему коммунист Пол Пот убивает народ? Академик, бывший боец Конной армии Буденного, заговаривал мне зубы историческими анекдотами, которые хранил в памяти. Сотрудники институтов Волхонки, вылупившиеся из яиц Коммунистической академии, прославились борьбой с генетикой, кибернетикой, квантовой механикой, новейшими направлениями естествознания, объявив их буржуазными, лженаучными.

В академию Покровского вошел образованный в году институт по изучению мозга и психической деятельности, которым руководил Владимир Михайлович Бехтерев, ученый с мировым именем. Приезд в Москву закончился для него трагически. Нарком просвещения Луначарский поразился его "степенной красотой". Вскоре после встречи с наркомом профессор, как психиатр, обследовал Сталина, которому поставил диагноз, оказавшийся смертельным для него самого. Бехтерев, поражавший всех здоровьем, внезапно умер в мучениях, обычных при отравлениях.

С усадьбой Голицына соседствует на Волхонке, 16, усадьба Дологоруких. Когда в году Екатерина II жила в Москве, она выкупила это владение и подарила графу Румянцеву-Задунайскому в знак признания его заслуг в победе над турками. В этой усадьбе по соседству с матерью жил цесаревич Павел Петрович, будущий император Павел I, боготворивший военные прусские порядки.

Гвардия его не любила, не потому что в его жилах текла одна восьмая русской крови. Екатерина II, стопроцентная немка, была чтима русским дворянством и армией. Став императором, Павел делал все с точностью наоборот тому, что делала мать.

Екатерининский дворец, построенный Растрелли в Лефортове, обратил в казарму. В Москве закрылись частные типографии, перестали поступать из-за границы книги. Москва занимала Павла в одном - военном отношении. При нем построили Покровские казармы на собранные москвичами деньги, что высвободило домовладельцев от постоя солдат. В Лефортове строился Главный военный госпиталь. Павел повелел возобновить земляной вал вокруг Кремля и Китай-города, утративший оборонительное значение.

Усадьба на Волхонке, 16, выкуплена была для Первой московской гимназии, основанной в году Александром I. Для нее казна приобрела также соседний дом на Волхонке, Москва гордилась Первой гимназией, и когда в город приехал знаменитый немецкий естествоиспытатель и путешественник Александр Гумбольдт, то в программу его пребывания включили посещение классов. В зале гимназии устраивались концерты, выставки.

Впервые в этом доме художник Александр Иванов показал москвичам "Явление Христа народу". До года гимназия дала классическое образование трем тысячам воспитанников, проявивших себя на разных поприщах. Здесь учились драматург Островский, историки Погодин, Соловьев, педагоги Малинин и Буренин, написавшие выдержавший многие издания учебник математики, поэт Вячеслав Иванов, окончивший гимназию с золотой медалью в году.

Теоретик и практик символизма, знаток античности и средневековья, энциклопедически образованный ученый и литератор жить в советской России при всем желании не смог. Он эмигрировал, умер в Риме в году, оставив родному городу стихотворение "Москва", написанное летом года: Никакие силы небесные, талисманы не уберегли Москву от огня, разгоревшегося ярким пламенем в октябре года, когда с Воробьевых гор ударили по куполам и башням Кремля пушки.

В этой катастрофе активно участвовали питомцы Первой московской гимназии, стоявшие с разных сторон баррикады - коммунисты, анархисты и либералы. Все вместе они столкнули народ с колеи на обочину истории. Сразу во второй класс гимназии был принят за способности сын учителя математики Николай Бухарин, занимавшийся на пятерки, обладавший редкостной памятью. Она позволяла ему выполнять домашние задания за пять минут до звонка на урок, запомнить наизусть всего Кузьму Пруткова, поэзию Гейне.

Как все гимназисты, Бухарин увлекался радикальными статьями Писарева, от которого перешел к Марксу и Ленину. Вождь умер в Горках на его руках Николай Иванович написал "Азбуку коммунизма", изданную миллионными тиражами, где промывал мозги миллионам неофитов, уверовавших в утопию коммунизма. Ему принадлежат крылатые слова, брошенные в массы: Бухарина называли "любимцем", "крупнейшим авторитетом" партии.

Не дадим вам его крови, так и знайте! Слово сдержал, никому не отдал. Сам казнил, когда бывший ференции, издавала двадцать журналов. Вокруг Пролеткульта группировались поэты, воспевавшие мировой Октябрь, заводской труд, "железного пролетария". Один из них, Владимир Кириллов, писал: К нам, кто сердцем молод. Ветошь веков - долой! Нам ли скорбеть о том?..

Идейным вождем Пролеткульта был врач и философ, автор утопических романов и научных трудов Александр Александрович Богданов. Именно с ним играет Ленин в шахматы на известной фотографии, сделанной на Капри. Одно время они были соратниками, членами ЦК партии, из рядов которой Богданова исключили за инакомыслие, философию, несовместимую с марксизмом.

Ленин подверг ее критике в "Материализме и эмпириокритицизме". У Богданова наличествовал свой взгляд на настоящее и будущее, которое он представил в романах "Красная звезда" и "Инженер Мэнни", монографии "Тектология. Всеобщая организационная наука", предвосхитившей идеи кибернетики. Богданов не намного пережил Ленина. В году организовал Институт переливания крови и погиб как герой науки, поставив на себе рискованный медицинский эксперимент. Созданный им Пролеткульт партия разогнала в году.

За дверью бывшей гимназии находится теснимый банками Институт русского языка имени В. Виноградова, бывшего директора Института. Ему в году с благословения вождя в Кремле была присуждена Сталинская премия за книгу "Русский язык. Грамматическое учение о слове". За год до этого прогремела в стране гроза, вызванная научной дискуссией о проблемах языкознания, в которой неожиданно для ее участников принял живейшее участие сам Иосиф Виссарионович. Казалось, не было тогда у вышедшего из войны государства проблемы более важной, чем "новое учение о языке" покойного академика Марра и его здравствовавших учеников.

Всех их Сталин осудил за созданный ими в науке "аракчеевский режим", назвав публично фамилию одного академика: До остальных единомышленников Марра добрались на заседаниях партбюро филологических факультетов. Его наказали тем, что перевели читать лекции заочникам. Поэтому мне выпала честь сдавать ему экзамен по "Введению в языкознание", предмету, привлекшему внимание самого Сталина. Тогда я услышал диалог между поседевшим экзаменатором и студенткой-заочницей первого курса, заявившей профессору, что Иосиф Виссарионович осудил учеников академика Марра, таких как академик Мещанинов и И поставил в зачетку высшую оценку, от греха подальше.

Восстанавливаются дома владений, переданных музею Пушкина. Разработан проект Боровицкой площади. Ее прежде не существовало, образовалась она после того, как сломали дома Волхонки. Успеют ли ее застроить новыми домами в ХХ веке? Где жил Лжедмитрий I. Кого любил Федор Достоевский. Одной из первых за пределами Кремля возникла Знаменка, "волоцкая дорога" в Великий Новгород через Волоколамск.

Она сместилась к Воздвиженке, а по ее сторонам появились загородные дворы знати. Так сложился аристократический характер улицы и переулков, где много, как нигде, усадеб, до наших дней отмеченных фамильными гербами. Знаменка в прошлом начиналась у ворот Кремля. Образовавшееся перед ней пространство, названное в году Боровицкой площадью, возникло в результате "реконструкции" Москвы.

В одном этом маленьком проезде сломаны две церкви и девять домов, фактически пол-улицы. Ее название произошло от церкви Знамения Богородицы. О каком знамении идет речь? По преданию, во время осады Новгорода войсками князя Андрея Боголюбского архиепископ вынес из храма и поставил на крепостную стену икону Богородицы.

Когда одна из стрел попала в икону, из ее очей потекли слезы и силы небесные поразили пришельцев. День, когда случилось чудо, церковь чтит как праздник Знамения. В его честь в Москве основано несколько церквей и Знаменский монастырь на Варварке. Одноглавая церковь с колокольней находилась на Знаменке, 17, где теперь пустырь. Впервые помянута под годом на одном из ее колоколов, отлитом "подаяниями приходских людей". Каменный храм соорудили в середине XVII века. Помянута церковь в протоколе допроса, учиненного в связи с усилившимися в Москве слухами о якобы здравствовавшем "царе Дмитрии", объявленном официально "вором-расстригой".

Возможно, где-то рядом с конюшнями в доме священника жил будущий коронованный в Успенском соборе царь Лжедмитрий I. Этот "попов сын Митка", главный герой одной из величайших трагедий мировой истории, правил в Кремле в годы, пока его не убили восставшие москвичи. Знаменскую церковь, как и все другие, в году ограбили, вывезли свыше 6 пудов серебра, потом переоборудовали под клуб, затем снесли. Судьба другой церкви, Николая Стрелецкого, стоявшей на углу Знаменки и Волхонки, известна. В наши дни улица начинается "замком на холме".

Искусствоведы называют его "Пашков дом", по имени Петра Егоровича Пашкова, заказавшего проект поистине царского дворца. Он был капитан-поручиком лейб-гвардии Семеновского полка, учрежденного Петром I. Император щедро одарил землями и крепостными отца капитан-поручика, служившего губернатором. Петр Егорович отличался причудами и богатством, позволявшим мыться "из серебра и на серебре", принимать многочисленных гостей под "превеликим зеленым шатром" и пиршествовать под музыку, уставив столы серебряной посудой.

За два строительных сезона напротив Кремля поднялся в году невиданной красоты дом высотой 35 метров, перед которым расстилался за оградой сад. Над бельведером дворца восседал Марс с копьем. Ни Марса, ни ограды, ни сада не сохранилось.

Пашков дом перестраивался не раз после пожара года. Но вызывающий восхищение классический фасад ни один архитектор не решился поменять на более модный. Архив Пашкова сгорел в дни нашествия французов. Находят сходство в деталях Пашкова дома и известных проектов мастера. Но все это косвенные и не очень убедительные доказательства. Потому что детали действительно похожи на элементы фасада непостроенного баженовского Кремлевского дворца. Но в целом Пашков дом не похож ни на одно из известных творений Василия Баженова, ни на какой другой московский дворец.

Пашков дом выкупила казна для Дворянского института Московского университета. Потом в нем помещалась гимназия. А в году сюда из Петербурга перевезли библиотеку и коллекцию покойного Николая Петровича Румянцева. На фасаде появилась надпись: Ему граф следовал, будучи творцом внешней политики России. Выйдя в отставку, разбитый параличом, почти оглохший "хилый старик", каким он представлялся современникам, собрал сокровища, позволившие создать Румянцевский музей.

Его называли "Московским Эрмитажем". Книг и рукописей в библиотеке графа насчитывалось свыше 25 тысяч. Среди них была "Острожская библия" Ивана Федорова, много других первопечатных книг, рукописей. Каким образом сокровища с берегов Невы попали в Москву? Попечитель Московского учебного округа генерал, герой обороны Севастополя, Николай Васильевич Исаков узнал о переживаемых Румянцевским музеем трудностях в Санкт-Петербурге. Он добился его перевода в Москву, где книгам и картинам был создан, как теперь говорят, режим наибольшего благоприятствования.

Городская дума передала музею лучший дом со всеми строениями усадьбы, каждый год выделяла ему из бюджета Москвы три тысячи рублей. Ежегодно поступали деньги мецената Кузьмы Солдатенкова, который завещал музею свою библиотеку и картинную галерею. Так поступали многие известные москвичи: Английский клуб подарил музею коллекцию старых газет.

Библиотека получала бесплатно обязательный экземпляр всей печатной продукции империи. Дарственные собрания не смешивались, выставлялись в отдельных залах и шкафах, хранили память о дарителях. Румянцевский музей был организован по типу Британского музея, где всемирноизвестная библиотека помещалась под одной крышей со статуями, археологическими и историческими экспонатами.

Александр II пожаловал музею грандиозную картину Александра Иванова "Явление Христа народу", купленную им за 15 тысяч рублей. По его повелению сюда поступила из Петербурга картинная галерея собирателя русской живописи Ф. Эти дары положили начало отделу русской живописи. Император передал двести картин западноевропейских мастеров из фондов Эрмитажа.

Они легли в основу раздела западной живописи. В этнографическом отделе выставлялись манекены, представлявшие все большие и малые народы Земли. Румянцевский музей открыл двери для всех. Библиотеку посещал Лев Толстой, когда сочинял роман "Война и мир": Автограф в регистрационной книге оставил 26 августа года читатель Владимир Ильич Ульянов, указавший адрес: Такого домовладельца историки не нашли. То была маленькая "конспиративная" клевета.

Первая капля в море лжи, в котором утонул народ, поверивший интеллигентному образованному вежливому человеку, пообещавшему построить государство без частной собственности на средства производства. Спустя несколько лет, по пути в ссылку, Ленин посещал читальный зал Румянцевского музея, собирая материал для монографии "Развитие капитализма в России".

Получал вождь отсюда книги, когда поселился в Кремле. Все это дало основание коллегии Народного комиссариата просвещения после его смерти в году: Вслед за этим произошла революция в стенах Пашкова дома. С фасада исчезли надпись "На благое просвещение", графский девиз. Картинную галерею, этнографический отдел закрыли, их фонды передали разным музеям. Дарственные книги смешали с казенными в единый фонд с общим каталогом. На улице не сохранилось строений допетровской Руси, каменных палат.

Москву, возрожденную после пожара года, представляет на Знаменке, 12, дом, принадлежавший в середине XVIII века графу Петру Апраксину и другим титулованным особам. После перестроек он предстает в образе ампирного особняка. Ионический портик появился в пушкинские времена. К главному дому усадьбы был пристроен деревянный Знаменский театр.

В нем давались маскарады, балы, театральные представления. Московский театрал губернский прокурор князь Урусов с компаньоном англичанином Медоксом создали здесь труппу, для которой они же построили на Петровке театр, ставший с годами Большим.

Граф Федор Апраксин владел палатами на другой стороне улицы Знаменка, Его наследник генерал от кавалерии Степан Апраксин пристраивает к старому строению новое и объединяет их в годы общим фасадом. Как предполагают, проект выполнил Ф.

Так улицу украсил дворец, один из самых больших в городе, где заиграла музыка, происходили балы, маскарады, приемы, театральные представления. Здесь гастролировали иностранные труппы, итальянская опера, несколько лет выступал оставшийся после пожара без крова императорский театр. Однажды в этом театре оперу "Сорока-воровка" слушал Александр Пушкин.

После смерти театрала Апркасина дворец выкупила казна для Сиротского института, где учились дети чиновников, умерших от холеры. Позднее институт преобразуется в кадетский корпус. С года в его стенах начинает историю Александровское военное училище, выпускавшее офицеров пехоты.

Эта история закончилась в октябре года. Тогда в доме за баррикадами и окопами дислоцировался оперативный штаб командующего Московским военным округом полковника Константина Рябцева, члена партии социалистов-революционеров. В конце лета революционнонастроенный полковник подавлял мятеж генерала Корнилова. Осенью пришлось ему воевать на улицах Москвы с большевиками и левыми социалистами-революционерами.

Последняя крепость демократической России на Знаменке капитулировала после артиллерийского обстрела. Победители разоружили юнкеров и расформировали училище. Смещенный с поста командующего полковник уехал в Харьков. Там его арестовали и расстреляли офицеры Добровольческой армии, не простившие полковнику поражений го.

Не все офицеры боролись с красными. Выпускнику училища полковнику царской армии Сергею Каменеву партия Ленина доверила пост Главнокомандующего вооруженными силами Республики. Он успел умереть своей смертью в году, снятый с высокой должности и погребенный у стен Кремля. Анафеме предали покойного после похорон. Другой выпускник училища, поручик лейб-гвардии Семеновского полка Михаил Тухачевский, в 25 лет командовал красными армиями, разбивавшими войска царских генералов.

Поручик стал Маршалом Советского Союза и был расстрелян как "враг народа". Бывший юнкер училища Александр Куприн написал роман "Юнкера". Бывший юнкер Борис Щукин первый сыграл роль Ленина В нем помещался также наркомат по военным и морским делам, штаб, руководивший фронтами гражданской войны. Сюда для переговоров по прямому проводу наведывался из Кремля Ленин.

Приехал однажды внезапно для генералов, когда началась Великая Отечественная война и дела шли очень плохо, Сталин с шефом госбезопасности Называя эти имена, до недавних дней нельзя было упомянуть, что во главе Реввоенсовета и Красной Армии семь лет состоял Лев Троцкий, злейший и непримиримый враг Сталина, убитый агентами вождя в году в далекой Мексике.

Недоучившийся студент Лев Давидович Бронштейн, пошел по царским тюрьмам, где позаимствовал псевдоним у надзирателя одной из них. Блестящий оратор и публицист возглавлял Петроградский Совет в году, руководил вооруженным восстанием, закончившимся взятием Зимнего дворца и провозглашением власти Советов.

Троцкий убедил вступить в Красную Армию десятки тысяч бывших царских офицеров и генералов, которые возглавили полки, дивизии и армии, победившие в чудовищной гражданской войне, унесшей жизни миллионов русских людей. Низверженного Троцкого сменил профессиональный революционер Михаил Фрунзе, отличившийся на последнем этапе гражданской войны в Крыму, где сбросил в море армию Врангеля.

Фрунзе недолго довелось командовать Красной Армией. По настоянию Сталина командарм срочно лег на операционный стол, где ему удалили аппендицит. Несложная, казалось бы, операция закончилась летальным исходом. Часовой открыл дверцу, из лимузина вышел командарм Ты необходимый революции человек. Я позвал профессоров, они сказали, что через месяц ты будешь на ногах. Борис Пильняк не побоялся написать "Повесть непогашенной луны" откуда я цитирую строчки , сюжетом которой послужила трагедия, случившаяся с Фрунзе.

В образе "негорбящегося человека" легко узнается Сталин, говоривший такими же короткими, сконструированными в повелительном ключе фразами. Сталин видел во Фрунзе опасного соперника в борьбе за власть и убрал его с пути, после чего всячески раздувал посмертную славу покойного. Именем Фрунзе назвали в Москве военную академию, район, радиус метро, набережную, улицу Знаменку, установили на ней его бюст напротив бывшего 1-го дома РВС.

Тогда при столь же загадочных обстоятельствах погиб бывший заместитель Троцкого, военный врач по профессии, Эфраим Склянский. Этот человек всю гражданскую войну провел в доме на Знаменке, став в 25 лет заместитетелем наркома и председателя Реввоенсовета. Он загадочным образом утонул в озере, будучи торговым представителем в США, куда его сослали, сняв со всех постов в армии. С ним связана жизнь всех маршалов Советского Союза. Долгие годы после Фрунзе здесь правил Климент Ефремович Ворошилов, друг Сталина, вместе с которым бывший луганский слесарь воевал в молодости с белыми генералами.

О нем слагали стихи: Так пели в предвоенной популярной песне, часто звучавшей по радио. Вот еще одна, столь же некогда известная: Именем маршала назывался значок "Ворошиловский стрелок", им награждали метких бойцов, стрелявших по мишеням в тире из винтовки системы царского конструктора стрелкового оружия Сергея Мосина образца года.

Лик маршала писали многие художники. Александр Герасимов отличился картиной "Сталин и Ворошилов в Кремле", по адресу которой тайком острили: Вместе с культом вождя создавался культ "любимого наркома". С ведома и при содействии Ворошилова пошли под топор палачей маршалы Советского Союза Василий Блюхер, Александр Егоров, Михаил Тухачевский, тысячи генералов и командиров Красной Армии, заподозренных в измене, шпионаже. Культ Ворошилова рухнул при первом столкновении Красной Армии с финскими дивизиями в году.

Не выдержал испытаний первых сражений Отечественной войны сменивший Клима нарком Константин Тимошенко, Маршал Советского Союза, отличившийся в войне с Финляндией. Он занимал главный кабинет на Знаменке в году. После него наркомом и Верховным Главнокомандующим был Сталин, руководивший фронтами Великой Отечественной войны из Кремля.

Из дома на Знаменке, как с горечью рассказывал мне маршал Александр Михайлович Василевский, собранный им в годах ценнейший архив без его, начальника Генштаба, ведома, упаковали в мешки и по приказу Сталина вывезли в неизвестном ему направлении. Перед войной всего полгода занимал он здесь должность начальника Генштаба. На Знаменку вернулся после разгрома немцев под Москвой, с почетом. Первая опала постигла его после войны.

Сталин отправил маршала из Москвы командовать провинциальным округом. После смерти вождя маршал помог Хрущеву взять власть и несколько лет руководил Вооруженными Силами. Второй раз - навсегда низложил его отплативший черной неблагодарностью Хрущев, опасавшийся популярного в народе властного Жукова. Герой Советского Союза подвергся унижениям, не имел права показываться на собраниях, давать интервью, публиковать статьи.

По этой причине отказал мне во встрече, пожаловался, что все газеты, отмечая летие Московской битвы, забыли его, бывшего командующего Западным фронтом, словно Жукова не существовало в природе. Со Знаменки началось расползание армейских учреждений по всей Москве. Под свои нужды военные заняли дворцы на Пречистенке. Такая же участь постигла Петровский дворец. После войны сооружено крупное здание на Фрунзенской набережной для артиллеристов.

Летчики получили свое на Большой Пироговке. Моряки - в Большом Козловском переулке. Войска ПВО - на Мясницкой Военная разведка обзавелась "аквариумом", резиденцией, расположенной вдали от центра. Но прославила себя на Знаменке, То был адрес шефа военной разведки армейского комиссара 2-го ранга Яна Берзина. Перед тем как его расстреляли, генерал успел опутать земной шар тайной паутиной, куда в годы войны попадала важнейшая информация со всего мира.

Один из великих разведчиков Красной Армии, Леопольд Треппер, завербованный Берзиным, засвидетельствовал в мемуарах, что штаб-квартира разведывательной службы "располагалась в доме девятнадцать на Знаменской улице в Москве. Дом был невелик и из-за своего цвета звался шоколадным". На глазах десятилетнего Леопольда летом года в Новом Тарге арестовали заподозренного в шпионаже русского эмигранта. Он запомнился коренастым, с рыжей бородкой, под объемистой фуражкой.

Его узнал весь мир через три года под именем Ленина. Шпионом Владимир Ильич никогда не был. Им стал Леопольд Треппер, ленинец, польский еврей, уверовавший, что только коммунизм принесет его народу свободу. Из коммунистического подполья в Палестине он устремился в Москву, где учился в созданном для интернационалистов разных стран университете. Четырежды приглашали Треппера на Знаменку, 19, где инструктировали, дали явки, подготовили в сложный путь.

Отсюда в чине полковника, в штатском костюме с документами на имя канадского бизнесмена и 10 тысячами долларов в кармане, отправился разведчик в Европу, где создал агентурную сеть, названную фашистами "Красной капеллой". Арестованному германской военной разведкой - абвером Трепперу удалось навязать "радиоигру" с Москвой и Вернувшегося в столицу героя ждали на Лубянке. Из тюрьмы он вышел спустя десять лет, после смерти Сталина. Имя второго великого разведчика Красной Армии, завербованного Берзиным в московском шахматном клубе, хорошо известно.

Хрущев посмертно присвоил ему звание Героя Советского Союза. Это Рихард Зорге, немец, германский коммунист, журналист, казненный японцами 7 ноября года. Таким образом он избежал сталинского лагеря, где сгинула его русская жена.

Третий великий разведчик Красной Армии посылал в Центр, на Знаменку, 19, донесения из Швейцарии, где действовала группа "Красная тройка". Ею руководил под именем Дора венгерский коммунист, еврей Шандор Радо, картограф и географ. Его агенты получали информацию из недр авбера. И этого героя в Москве не ждала награда. С аэродрома Дора доставили по известному нам адресу в качестве узника После войны 1-й дом надстроили несколькими этажами, украсили монументальными колоннами.

Это сделали два молодых архитектора, Ашот Мндоянц и Михаил Посохин. Отсюда они начали шествие по Москве. Вместе проектировали и строили высотный дом на площади Восстания, Дворец съездов в Кремле, Новый Арбат Переживший Мндоянца на много лет Посохин вернулся на улицу на закате жизни, чтобы возвести огромный Генеральный штаб.

Его фасады, облицованные белым мрамором, выходят на четыре стороны света, но главный вход - на Знаменке Генштаб - лебединая песня Михаила Васильевича Посохина. Чтобы ее пропеть, он, не задумываясь, снес строения на Знаменке, Воздвиженке, Арбатской площади, в переулках. Сломал, в частности, дом, где жили в молодости друзья, Николай Рубинштейн и Петр Чайковский, гостиницу, где жил Сергей Рахманинов В историю города Посохин войдет не только как автор-архитектор крупнейших зданий второй половины ХХ века, таких как Крытый Олимпийский стадион, Академия Генштаба на Юго-Западе, но и как разрушитель старой Москвы.

На его совести пущенные под нож бульдозера особняки старого Арбата. При нем стерли с лица земли строения Тверского бульвара, Якиманки, Волхонки, Знаменки, после чего образовалась Боровицкая площадь. Почему талантливый зодчий не протестовал? Да потому, что видел центр Москвы сплошь застроенным такими гигантами, как Генштаб.

На проектах, подписанных его именем, подобные громады занимают пространство от Кремля до Садового кольца. В конце жизни Михаил Посохин восстановил ампирный особняк барона Штейнгеля в пречистенском переулке, где после отставки занял кабинет вице-президента Академии художеств СССР. Там мы встретились последний раз.

Словно оправдываясь перед потомками, академик рассказал, что низкие потолки, крохотные передние и маленькие кухни в пятиэтажках без чердаков, строившихся в его бытность главным архитектором Москвы, все это и многое другое, - на совести Хрущева. Именно глава партии и правительства внедрил совмещенные санузлы, требовал повсеместно строить жилые дома не выше пяти этажей, чтобы не тратиться на лифты.

Даже на Кутузовском проспекте пришлось сооружать напротив высотного дома низкорослые корпуса, лишенные архитектурной привлекательности. Хрущев усматривал в каждом пилоне, карнизе "излишества", с которыми боролся не на жизнь, а на смерть, отстраняя от проектирования непослушных архитекторов. На Знаменке, 8, Федор Шехтель возвел шестиэтажный доходный дом Л. Так его называют искусствоведы по имени заказчицы.

Здание изучается как образец архитектуры начала нашего века. Над углом дома поднимается башня, напоминающая классическую беседку, с куполком в романском стиле. И хотя дом в несколько раз выше прилегающих к нему строений ХIХ века, он не подавляет соседей. Век зодчества из стекла и металла начат в России этим мастером, которого его друг Чехов называл "талантливейшим из всех архитекторов мира".

При этом Федор Шехтель не получил законченного высшего специального образования, всего год проучился в Московском училище живописи, ваяния и зодчества. Поэтому ему много лет пришлось строить по проектам, подписанным за него другими. После революции Шехтелю ничего создать не удалось, ему пришлось покинуть роскошный особняк, построенный им для семьи на Большой Садовой, заполненный картинами, гобеленами, статуями.

В архиве Музея архитектуры я читал предсмертное письмо мастера, адресованное Советскому правительству, где он просил принять все оставшиеся у него художественные ценности в обмен на пожизненную пенсию дочери-инвалиду. Так называется здание в справочнике "Памятники архитектуры Москвы".

В ансамбле с двумя деревянными пристройками со двора этот дом с антресолями причислен к достопримечательностям улицы. Таким был типичный рядовой дом в городе, застраивавшемся после пожара года. При советской власти на Знаменке кроме Генштаба не построено ни одного дома. Через некоторое время ко мне подошел Эдик Айрапетов. Я уже разбирался в муровской структуре и поэтому удивился:. В одной из комнат стояла выдвинутая на середину кровать с никелированными шишаками.

В углу часть пола была поднята, как крышка. На оцинкованном дне тайника сиротливо лежало колечко с каким-то камушком. Видимо, второпях убийцы его не заметили. Я шел по утренней Москве, привычной и до слез знакомой, а перед глазами стояли носилки с трупами. Когда санитары проходили мимо меня, на одних носилках откинулся брезент и я увидел вместо лица кровавую кашу.

В любой момент может появиться урка с топором и…. Он о чем-то тихо говорил оперативникам, они ему что-то рассказывали. Не было трагизма и патетики. Делали свое привычное дело. Я до сих пор помню ребят-сыщиков, на рассвете куривших у машины. Лица у них были усталые, как у людей, выполнивших тяжелую и неприятную работу. По сей день я благодарен Ивану Васильевичу, что он взял меня на это убийство. Именно в этой, пахнувшей кровью, квартире я впервые узнал, что такое сыск. На следующий день, придя в МУР, я встретил комиссара в коридоре во всем его мундирном блеске.

Он ехал в горком партии. Конечно, об Иване Васильевиче Парфентьеве можно написать не очерк, а целую книгу. Он начинал свою работу постовым милиционером и закончил комиссаром милиции третьего ранга: В м году, за семь лет до нашего знакомства, он ликвидировал одну из самых страшных банд — банду Пашки Америки.

Он никогда не любил говорить о своих делах. Не знаю, была ли это скромность или осторожность человека, начавшего свой путь в органах при самых кровавых наркомах. Так уж случилось, что мне пришлось уехать из Москвы, а когда через год с лишним я вернулся, Иван Васильевич ушел из МУРа, в котором командовал больше десяти лет, что было абсолютным рекордом: Конечно, отправить такого профессионала сыска, как Парфентьев, командовать Управлением вневедомственной охраны, было не по-хозяйски.

Но кто тогда об этом думал? Власть прощает себе всё, не прощая своим защитникам даже маленьких промахов. Иван Васильевич приезжал к нам в редакцию. Мы часто собирались за рюмкой в его квартире. Иван Васильевич работал над новой книгой. Мне довелось читать отрывки из нее. После смерти Ивана Васильевича я пытался разыскать эту рукопись, чтобы издать вместе обе книги, но так и не нашел. Конечно, можно было написать о громких делах, погонях и засадах. Но я решил написать о человеке, который терпеливо возился с начинающим журналистом, показывая ему изнанку жизни и делая так, чтобы эта изнанка не вызвала у него психологического отторжения.

Человек рождается не для того, чтобы разгребать кровь, горечь и грязь. Оперативниками становятся по стечению жизненных обстоятельств. Сыщик — это профессия со множеством компонентов. За долгие годы работы по криминальной теме я убедился, что плохой человек не станет хорошим сыщиком. Потому что в этой профессии главное — прикоснуться сердцем к чужой беде.

Конечно, сегодня об Иване Васильевиче Парфентьеве многие люди, знавшие его, вспоминают разное. Я помню тех, которые на дух не переносили начальника МУРа, считая его слишком жестким человеком. Но есть и такие, кто вспоминает о нем тепло и по-доброму. Мне не довелось слышать, как комиссар Парфентьев устраивал разносы подчиненным. Правда, я видел, с какими лицами выходили из его кабинета мои муровские приятели. Один раз, на Трубной, я наблюдал сыщика Парфентьева. Он был собран, стремителен и немногословен.

Лицо его было жестким и злым. Но я знаю и другого Парфентьева — озабоченного бытовыми нуждами своих сотрудников; веселого, лукавого человека; слышу его бойкую скороговорку и вижу прищуренные глаза. В жизни каждого человека есть этапные, знаковые встречи, которые, как выясняется позже, оказывают влияние на всю оставшуюся жизнь. Дружба с Иваном Васильевичем помогла мне на долгие годы выбрать главное направление в своей работе.

И я всегда буду жалеть об ушедшем времени и стараться хоть мысленно вернуться обратно — в пережитое. Потому что там, рядом со мной, жили все мои ушедшие друзья. Порой кажется, что этого и не было вовсе. Дверь отворилась, и в комнату вошли мой дядя в форме и человек в расстегнутой желтой кожанке — такие по ленд-лизу получали наши летчики — и светло-серых брюках. Но, естественно, не кожанка привлекла мое внимание. На брючном ремне висела затейливая кобура.

Человек с пистолетом был весел, рыжеват и светлоглаз. Он улыбнулся мне, подмигнул и сказал:. Родители отправили меня на каникулы к дяде, в Ригу…. Начальнику уголовного розыска Латвии Игорю Скорину тогда было двадцать шесть лет, а мне всего двенадцать.

И, конечно, ни он, ни я не знали, что через тринадцать лет мы встретимся в МУРе, подружимся на долгие годы, до весны го, когда я провожу его в последний путь. В м я после долгих мытарств пробился в МУР и доставал оперативников своими расспросами, а они говорили мне:.

О бандгруппе из Красногорска, наводившей ужас на Москву почти три года, я сам кое-что слышал. Рассказы были самые фантастические. Возглавляли ее шестнадцатилетний Витька Панов и семнадцатилетний Фима Шнейдерман. Каково же было изумление сыщиков, когда они обнаружили у всех восьми задержанных на руке изображение кошки, наколотое черной тушью! Бандиты в Москве свирепствовали, прямо как нынче, и ушлые опера списали на группировку с романтическим названием практически все нераскрытые налеты.

Народный эпос тех дней гласил, что, прежде чем ограбить квартиру, бандиты рисовали на ее дверях изображение кошки. Сейчас любой человек понимает, что это невероятная глупость. Но тогда, особенно после войны, когда преступность в Москве была чудовищной, люди свято верили в лихих разбойников.

Мы, пацаны, как могли претворяли этот миф в жизнь. В нашем доме жил директор магазина. Ежедневно на его дверях мы рисовали кошачью морду. Торговая семья тряслась от ужаса. Так продолжалось до тех пор, пока опера из го отделения не сели в засаду выше этажом не отловили нашу компанию и не надрали всем уши. Как хорошо я помню это время. Город жил тогда весьма неплохо. После денежной реформы года, после неурожая и голода Москва — все-таки столица сталинской империи — выглядела сыто и пьяно.

На каждом углу работали пивные; рестораны, забитые гуляющей публикой, гудели до четырех утра, а Елисеевский магазин казался просто гастрономическим храмом. Мы, молодые, часто собирались, чтобы послушать запрещенный джаз или песни Лещенко и Вертинского. Не удивляйтесь, Сергей Есенин в те годы был полузапрещенным поэтом.

Тогда я не мог этого понять. Но, работая в году с документами по банде Митина, наткнулся на докладную записку начальника УМГБ Москвы, комиссара госбезопасности третьего ранга генерал-майора, по-нынешнему , на имя министра госбезопасности генерал-полковника Абакумова. В документе том руководитель столичного управления доносит, что о не установленной пока банде по городу стремительно распространяются панические слухи. Виктор Семенович Абакумов был человеком крутым, а резолюция его — проста как грабли: Именно так тогда именовался привычный для нас уголовный розыск, переданный, как, впрочем, и вся милиция, в систему МГБ.

Но, несмотря ни на что, слухи о банде распространялись по Москве стремительно. О бандитах судачили в очередях, обсуждали налеты в пивных, говорили со страхом во дворах. Покупателей было немного, хотя только сегодня в продажу поступил недорогой шевиот, который в те годы считался наиболее расхожим материалом. Как потом рассказывали свидетели, люди не так испугались оружия, как магических букв — МГБ.

Сегодня эта цифра, вряд ли поразит молодых людей. Но по тогдашним масштабам цен это было целое состояние. А хороший финский домик в Переделкино аж целых двадцать пять. Милиция стояла на ушах. Решили, что банда залетная. Но 16 ноября в том же районе и тем же методом был взят еще один магазин.

Налетчики унесли 24 тысячи рублей. Унесли 61 рублей. Первого февраля года старший оперуполномоченный Ховринского отдела милиции Кочкин проверял работу участковых на своей территории. Вместе с участковым тащились они по февральскому морозу, мысленно матеря начальство и собачью службу. Замерзнув, решили зайти погреться в промтоварный магазин. Ох, как же не хотелось Кочкину снова идти на мороз!

Но — трое и магазин! Кочкин с участковым подошли к курящим на улице парням. Он не успел договорить: Участковый же отскочил и начал задирать полу шинели, пытаясь добраться до кобуры. В него тоже выстрелили, но промахнулись. Так пролилась первая кровь. Не успел лейтенант заложить первую стопку и культурно запить ее пивом, как в пивную ворвались трое.

А пистолет-то свой лейтенант Бирюков сдал дежурному. Только кружка, тяжелая, литого стекла, была у него в руках, вот ею-то он и запустил в налетчиков и бросился на них. Бандиты расстреляли лейтенанта из двух стволов. И уже на улице бандиты ранили мастера фабрики ширпотреба Корсунского и подстрелили ни в чем не виновную, как написано в сводке, домохозяйку, тащившую из гастронома сумку с продуктами.

О Никите Хрущеве никогда не говорили как об смелом человеке. Впрочем, в то время представителю партийной элиты быть смелым значило быть мертвым. Старые соратники — Ворошилов, Молотов, Каганович — почувствовали, как изменялось к ним отношение вождя. И тогда Хрущев собрал руководство столичной и областной милиции. Но, видимо, бандиты не очень боялись партийного лидера: Когда читаешь документы об этой банде, невольно возникает вопрос: Дело было на контроле у Абакумова, а позже Игнатьева — и ничего.

А все оказалось просто. На банду не могла выйти агентура: В Подлипках они брали сберкассу. Кассирша, увидев бандитов, нажала кнопку сигнализации. В отделе милиции раздался сигнал тревоги. Именно этого времени хватило бандитам, чтобы забрать 80 тысяч рублей и уйти. Но здесь-то они наследили сильно. А дальше опять кровь. При налете на пивную убиты двое посетителей. За два года банда совершила 15 вооруженных налетов, убила восемь человек, из них трех работников милиции, захватила в кассах и магазинах рублей наличными.

В м году Игорь Скорин, рассказывая мне о банде Митина, пообещал, что когда-нибудь поведает, как все было на самом деле. Тебе — боевое задание. Я куплю выпивку, а ты организуй какую-нибудь мужскую закуску. Колбаски хорошей, мясных консервов несколько банок. Скорин проехал мимо деревни и направил машину к реке. У самой воды стоял покосившийся домик. Мы ели уху, пили тепловатую водку и говорили о погоде, клеве, здоровье.

На кистях рук у него были пятна, похожие на ожоги: Он снял рубаху, и я увидел синь татуировок, которыми раньше украшали себя солидные воры. В блатном мире человек я был известный, имел кликуху и авторитет. Было мне уже за сороковник, и начала меня тоска грызть. Надоели крытки, этапы, лагеря и шизо. Надоесть-то надоели, а что делать? Профессия у меня одна, воровская. Был я классным домушником. Как только откинулся от хозяина, в сентябре, сразу к сеструхе поехал, а ее нет. Тяжело ранили ее блатари у пивной, она через месяц в больнице умерла.

Взяла меня тогда злость на них. Дней десять покрутился по хавирам и малинам. В пивных потерся и на рынках кое-что узнал. И тогда поехал я в Дурасовский переулок, где областная ментовка находилась. Старшина с понятием оказался, дежурного вызвал, а тот Скорину позвонил. Ты спросишь, почему я к Дмитричу пошел. Он меня последний раз сажал. Только без ваших ментовских припарок. Подписывать ничего не буду. Как я могу тебя на такое дело послать, если мы с тобой наши отношения не оформим?

Я же должен тебе задания давать, секретные разговоры проводить, правовую защиту оказывать. Так появился агент Мишин. Жили они в зоне в полном доверии. Пивную у железнодорожной станции в Мытищах Мишин нашел сразу. Стояли столики, на них пепельницы, прямо как в ресторане. Взял сотку с припуском, то есть с кружкой пива, пару бутербродов с красной икрой, сел в угол.

Народу, как ни странно по вечернему времени, было немного. Но человека, похожего по описанию на Николу Рыжего, он не заметил. Не хотелось просто так возвращаться домой. За соседним столиком гуляла компания молодой шпаны. Но я тебе дело поручить хочу. Напились они в этот вечер сильно. На следующий день Мишин встретился со Скориным. Когда увидишь, что он тебе полностью верит, попроси достать на пару дней пистолет. На следующий день он передал Мишину пистолет.

Экспертиза показала, что из него был убит капитан Кочкин. Наводка оказалась туфтовой, поэтому взял мало. Нужно к солидному делу прибиваться. Они у меня стволы прячут. Ну, конечно, с каждого дела мне небольшую долю отстегивают. А мне много и не надо — было бы на что погулять. Завтра за стволами приедут, я о тебе снова поговорю. А дальше все было как обычно. Наружка привела человека, взявшего оружие, в Красногорск, а через день установили всех участников банды.

В коридоре управления они потянули спички. Тот, кто вытащит короткую, берет Митина. Без стрельбы и осложнений. Действительно, агентуре трудно было выйти на этих людей. Они вели жизнь вполне законопослушных молодых людей. Остальные члены банды ударно трудились, исправно посещали комсомольские собрания. Судьба Мишина сложилась вполне удачно. Он поступил на завод, стал высококвалифицированным слесарем.

Когда умерла мать, продал дом и уехал в Калининскую область. Очень долго я не мог понять: После знаменитой амнистии летом го года, которую почему-то называют бериевской, хотя инициатором ее был Маленков, банд в стране появилось немерено. На мой вопрос так никто и не ответил. Видимо, опера имели в виду, что это была последняя банда времен культа личности.

Менее чем через месяц после ее ликвидации умер Сталин. Последняя банда… Достаточно смешное определение в нашей действительности. Бермана на первом слете ударников строительства Беломорско-Балтийского канала имени Сталина. Он много говорил тогда о том, что именно труд на строительстве канала перековал бывших бандитов, воров, проституток и вредителей.

Пройдет время — и труд в лагерях ОГПУ превратит всех преступников в строителей социализма. И через несколько лет с преступностью в нашей стране будет покончено. Завершил он выступление словами:. Тюрьма эта была элитная. По сто шестнадцатой пополам — так у блатарей называлась я статья — сюда не отправляли. Конечно, может показаться странным, но Таганка являлась нашим криминальным символом тех лет.

Включаю радио, на волнах неведомой станции неплохой певец с надрывом сообщает озверевшим от жары соотечественникам:. Нигде с таким упоением не поют блатных песен. И не только пацаны под гитару в подъезде, но и траченные жизнью интеллигенты на своих застольях. Думаю, что ворам в законе надо сброситься и восстановить тюрьму как памятник воровского эпоса.

Сейчас многое восстанавливают, что разрушали раньше. А здесь — символ блатной идеологии. Он вполне может стать основой бандитской национальной идеи. А песни и язык тюремного мира были своеобразной профилактической прививкой. В году на прилавках магазинов появился коллективный труд тридцати шести писателей во главе с Максимом Горьким: Надо сказать, что книга эта была написана по личному распоряжению Генриха Ягоды.

Работали над ней лучшие перья советской литературы: Точку в этой идеологической кампании поставил сам Сталин, объявив, что в СССР навсегда покончено с преступностью. Это заявление вождя должно было успокоить инженера, вернувшегося с работы в обворованную квартиру, или бухгалтера, раздетого уркаганами в темной подворотне.

С той поры ни в кино, ни в книгах, ни в газетах не появлялись уголовные сюжеты. Не существовало у нас преступников — и все дела. Дом наш — единственный кирпичный пятиэтажный — стоял в плотном кольце одноэтажных и двухэтажных домишек Кондратьевских и Тишинских переулков. Здесь бушевал Тишинский рынок. Сейчас это небольшой пяточок, огороженный забором. А тогда человеческое море захлестывало все близлежащие улицы и выплескивалось к Белорусскому вокзалу.

На территории этой существовала своя иерархия, а ее представители узнавались даже по некой форменной одежде. Ниже всех стояли уголовные солдаты-огольцы. Они ходили в темных кепках-малокозырках, в хромовых сапогах, именуемых прохорями, сбитых в гармошку, под пиджаками непременно — тельняшка, белый шарф на шее и, конечно, золотой зуб-фикса.

Они были особо опасны для нас, мальчишек. Могли запросто отобрать продовольственные карточки, если тебя родители посылали в магазин, снять шапку, изъять билеты в кино. Они шныряли по рынку, выполняя указания солидняка — местного ворья. Сегодня, когда вижу новых волонтеров уголовного мира, в кожаных куртках и плотных брюках с напуском, я тут же вспоминаю огольцов с Тишинки. В Москве гремели первые салюты, а в нашем доме грабили квартиры, грабили и соседние магазины, и склады.

Нет, это делали не мальчики в малокозырочках — другие, совсем другие люди занимались этими делами. Один из них жил в нашем доме. Здоровый, мордастый, летом он ходил в светлом коверкотовом костюме, с двумя медалями и двумя нашивками за ранение на лацкане. Они шли по двору. На груди мужчин серебрились медали, а у одного был даже орден Красной Звезды.

Зимой они ходили в фетровых бурках и кожаных пальто. По сей день у меня вызывают смех наши фильмы с грязными, плохо одетыми бандитами. Не знаю, как другие, но наш Мишка Монахов был законодателем мод в районе. Мы, пацаны, обожали его: К тому же огольцы с Тишинки боялись трогать соседей Монаха. А однажды утром я увидел, как двое здоровых онеров волокли его в машину. Серый пиджак был разорван, синевой наливалась правая половина лица. В Москве была своя градация ценностей: В городе рождались криминальные легенды.

К сожалению, я не знал тогда, что через много лет постараюсь изложить их на бумаге. Я бы собрал эпос, и, уверен, истории эти пришлись бы по душе читателям. В легендах тех лет жили отважные благородные воры и бесстрашные умные сыщики.

Тогда о МУРе в московском обществе говорили почтительно и таинственно. И хотя о его сотрудниках не писали в газетах и не снимали фильмов, в столичных гостиных рассказывали просто фантастические истории. Кое-кого из сыщиков знали в лицо, как эстрадных артистов; иметь с ними короткие, дружеские отношения считалось также престижно, как с популярными тенорами.

Звезды кино и театра. Эти люди раскрыли преступления, вошедшие в историю криминалистики: О Володе можно рассказывать бесконечно, мой покойный друг Игорь Скорин называл его невезучим, потому что ему доставались самые неприятные дела. Сложность их заключалась в том, что потерпевшими были знаменитые артисты тех лет: Гельцер, Мессерер, Яблочкина, Артур Эйзен. В году мы с Чвановым сидели в его кабинете в МУРе и он рассказывал крайне занимательную историю одной громкой квартирной кражи.

Это, кстати, порождало массу шуток и анекдотов у гулявших здесь московских деловых. И мы ринулись в пучину чувственных удовольствий. Хорош был парк в тот влажный вечер. На открытой эстраде играл уже реабилитированный джаз, у входа в летний театр толкался народ, там выступала Гелена Великанова, сидели на белоснежных лавочках солидные, хорошо одетые пожилые люди, почтительно здоровались с Чвановым. Но моего спутника узнали: Из-за стола поднялся роскошно одетый, солидный человек.

Он прижал руку к сердцу и поклонился. Это одна из самых интересных квартирных краж того времени, раскрытая сотрудниками МУРа. Замечательное место на улице Горького. Закрытый клуб, где собирались артисты, режиссеры, драматурги и театральные деятели. В те дни его постоянным посетителем был высокий, интересный, прекрасно одетый человек — некто Калашников Алексей Федорович.

Его знали завсегдатаи и уважали за широту и умение вести себя. А он невзначай заводил разговор о крупных артистах, о том, как они живут и сколько зарабатывают. Актеры — народ беспечный и открытый. Много интересного узнавал от них Алексей Федорович. Особенно о мехах и бриллиантах оперных звезд. Квартиру знаменитой балерины Екатерины Гельцер в Брюсовом переулке взяли профессионально.

Дверь открыли подбором ключа, украли только уникальные бриллианты, две дорогие шубы и палантин из черно-бурых лис. Дело взяли на контроль в горкоме партии. Он старался реже появляться в своем кабинете. Были разосланы ориентировки во все комиссионные и скупки драгоценностей, сориентированы ломбарды. Оперативники ежедневно трясли спекулянтов из Столешникова, с Трубной, Сретенки.

И вдруг один из агентов сообщил, что скорняк Буров, живущий в Столешниковом, приобрел похожие по описанию шубы. Когда Чванов приехал к Бурову, тот запираться не стал: За администратором установили наблюдение, а через два дня появился и сам театральный деятель — в ратиновом, модном тогда пальто с шалевым воротником из дорогого меха, в шапке-пирожке.

Шел степенно, как и полагается деятелю искусства. Его взяли в вестибюле кинотеатра, прихватили и администратора и повезли на Соломенную сторожку, где театральный деятель проживал у любовницы. Там нашли палантин и драгоценности. Алексей Федорович оказался крупным вором-домушником из Ленинграда. Для закрепления показаний его повезли на квартиру к Гельцер.

Так это же туфта театральная. Я ее в сугроб у дома выкинул! Там десять огромных бриллиантов! Пришлось оперативникам оказывать срочную медицинскую помощь обоим. Вор показал место, где он выкинул диадему. Три часа оперативники и вызванные на помощь милиционеры из отделения перекапывали снег во дворе.

И когда надежды уже не осталось и начало темнеть, в жухлом снегу сверкнули бриллианты. Сегодня произошел некий литературный прорыв. Все нынешние эстрадные звезды начали писать о своем творческом пути. Как-то я купил книгу Михаила Шуфутинского. Она была богато иллюстрирована. Я рассматривал фотографии и вдруг на одной из них узнал снятого в Сан-Франциско своего хорошего знакомого — человека, которого я прекрасно знал по московскому Бродвею.

Звали его Миша, он был утомлен незаконченным высшим образованием в Плехановском институте. Славен он был тем, что бесконечно разрабатывал планы добычи денег полукриминальным путем. Мне умельцы изготовили олимпийские медали. Наденете их на шею, и ты станешь Медновым, Трынов — Тишиным. Всего страху-то два часа. С той поры мы стали относиться к нему настороженно и с некоторым подозрением.

Поэтому, когда он попросил меня и Бондо Месхи принять участие в розыгрыше, мы наотрез отказались. Тем более что нам нужно было нарисовать на руках фальшивые татуировки. Но, естественно, желающие заработать пятьсот рублей нашлись.

Мишкин приятель, художник, нарисовал тушью на руках устрашающие картинки, и в назначенное время они вошли в общественный туалет на Белорусском вокзале. Там стоял Мишка с каким-то пижоном в светлом костюме. Тот внимательно оглядел татуированных, а потом ушел вместе с Мишкой. Ребята получили по полтыщи, и мы гадали, что же это за жульничество.

Узнал я об этом через несколько лет в МУРе, когда Мишку заловили на аферах с прокатными холодильниками. Он опять создал простую систему. В те годы бытовая техника была чудовищным дефицитом, поэтому в Москве открывались прокатные пункты.

Друг наш Миша имел узкую специализацию: Утром он с товарищами обходил московские пивные точки, искал похмельных безденежных алкашей, брал у них за пару бутылок паспорт на время. Получал в пункте проката холодильник, продавал, а паспорт возвращал владельцу. Но вернемся к нашим татуированным друзьям. Оперативник нарисовал мне эту леденящую душу картину. Жил да был в Москве директор мебельного магазина. Перевыполнял план, висел в торге на Доске почета и, конечно, не забывал себя. Торговля мебелью всегда считалась у торгашей Клондайком.

Однажды он узнал, что его зам прокручивает дела и не отстегивает ему долю. Более того, негодяй зам начал спать с женой шефа. И она бросила мужа, ушла к разрушителю семейных устоев со всеми бриллиантами и шубами. Днем в душной подсобке, пахнущей мебельным лаком, и ночами в опустевшей квартире директор вынашивал кровавые планы мести. И однажды грузчик из магазина вывел его на нужного человека — нашего знакомца Мишу.

Встреча состоялась в сортире на Белорусском. И коварный зам исчез. Надо сказать, что всю операцию Миша подгадал под отъезд обидчика в Сочи. Директор наслаждался чувством удовлетворенной мести. А через месяц он встретил своего отдохнувшего и загоревшего врага в Столешниковом.

Сетунь, юго - справук границе линейная квартира с видом. Неделина Ольга Анатольевна каб. PARAGRAPHСеченовский переулок, дом 8, стр. Федосова Татьяна Алексеевна каб. Список территориального обслуживания Кунцевским районным 79Напрудный пер. Более 5 лет в собственности. Муниципальный район "Внуково", муниципальный район. Алфавитный список улиц, переулков, площадей Финансовое управление ЦАО г. Захарова Ольга Ивановна каб. Очень светлая и уютная.

Как получить кредит на развитие бизнеса? Издревле люди селились по берегам рек, больших и малых. . Поздняков Дмитрий Сергеевич - управляющий отделения государственного банка в .. Консистория в метрической справке напутала даты рождения детей, .. называлась улица (ныне Малый Николопесковский переулок). В новостройке, пристроенной к этой стене, сегодня находится банк. . Глазовский переулок расположен между Плотниковым переулком и Переулок Каменная Слобода́ (до Малый Толстовский переулок, между Большим Николопесковским переулком и Новинским бульваром. Москва, Малый Николопесковский переулок, 9/1с2, Арбат, Москва . Название кредита, банк, Мин. ставка, Макс. сумма, руб, Мин. взнос, Подтв. дохода.

2155 2156 2157 2158 2159

Так же читайте:

  • Чеки для налоговой Беломорская улица
  • Исправить кредитную историю Старобитцевская улица
  • справку из банка Перекопская улица

    One thought on Справку из банка Николопесковский Малый переулок

    Leave a Reply

    Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

    You may use these HTML tags and attributes:

    <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>